В том же русле массивности и необрутализма, но с любовью к округлым пластичным формам работал американец Пол Рудольф (1884-1963). Он считал, что форма здания следует из целей и структуры его интерьера, что привело к разбивке всей массы строения на отдельные отчетливо сформированные блоки. В 1959 г. Рудольф получает заказ на проект Центра искусств Джуитт в Колледже Уэллесли (шт. Массачусетс).

Ансамбль состоял из регулярных симметричных блоков с измельченными решетками для защиты от солнечных лучей. Корпус архитектуры и искусств, построенный по его проекту в Йеле в 1964 г., несет на себе строгий отпечаток брутализма в мощных вертикалях ритмичного фасада. Сложная композиция внутреннего пространства и межэтажных перекрытий, многообразие фактур и материалов являются примером его собственных мыслей о том, что архитектура — это «серьезная и прекрасная игра пространства».

В Центре административных служб штата Массачусетс в Бостоне, спроектированноми им в 1971 г., П. Рудольфу удалось создать яркий образ пластичных и в то же время тяжелых форм, нагнетая драматизм непрерывно сменяющимися объемами горизонтальных и вертикальных ритмов чересчур массивного здания.

Большое влияние на развитие архитектурной мысли среди молодого поколения оказал уже зрелый теоретик архитектуры профессор Йельского, позже Пенсильванского университета Луис Кан (1901-1974). В 1953 г. он проектирует Художественную галерею Йельского университета в Нью-Хейвен (Коннектикут). В своем принципе организации пространства он противопоставляет свободному перетеканию пространства четкое разделение частей здания по их функциональной принадлежности, при этом уделяя повышенное внимание их освещенности и аэрации, получая интересные пластические композиции, одновременно контрастные и монументальные.

В проекте Медицинской лаборатории исследований Ричардса в Пенсинвальском университете (1960) Кан создал четкую и понятную композицию здания, поместив техническое оснащение (шахты лифтов, лестничные колодцы, вентиляционные шахты и трубы ИТ. д.) в объемах-башнях, отделенных от жилых и рабочих помещений. Продолжили развивать идеи Кана Герхард Колмен и Ноэль Маккинел, создавшие монументальный образ ратуши в Бостоне (Boston City Hall).

Архитекторы попытались выразить структурную вертикаль власти города через соотношение заложенных объемов внутри здания. В объемно-планировочной композиции это выразилось в иерархичном подчинении ритма членения фасада, зал заседаний и кабинет мэра выступают вперед под ритмичным псевдоантаблементом трех верхних этажей. Контрастным и новаторским по отношению к устоявшимся призматическим фвфйам выглядит здание музея Гуггенхей- ма в Нью-Йорке по проекту Райта (1959).

Объемно-планировочное решение здания коконообразной формы обращено внутрь, в спиралевидную композицию круглого атриума с возможностью демонстрации шедевров вдоль 6-этажных этажей-пандусов, плавно спускающихся сверху вниз. Другой интересный объем в форме перевернутой ступенчатой пирамиды — музей Уитни, возводится по проекту Марселя Брей ера (1966) в Нью-Йорке. Здание получилось массивным, верхние объемы угрожающе нависают над входом и давят, контрастируя с равномерным ритмом окружающей застройки.

Продолжая идеи необрутализма и поиск нетрадиционных форм, в 1970 г. по проекту Вильяма Перейра возводится мощная и смелая конструкция из стекла и бетона Библиотеки Гейзел Лайбрари. Постройка напоминает дерево с пирамидально развитой кроной (шесть этажей) и большой подземной корневой системой (двухэтажная платформа) на массивных пилонах.

Библиотека сразу стала новым символом Калифорнийского университета Сан-Диего. Другой монументальной постройкой, знаменитой тем, что в ней впервые было создано огромное атриумное пространство, стал проект здания офиса Фонда Форда (1968) Кевина Роша. Офисы расположились на 12 этажах с трех сторон вокруг открытого пространства с большим садом. Фасад здания стал как бы большой оранжерейной стеной.

Большепролетные атриумные пространства стали излюбленным приемом другого американского архитектора Джона Портмана (Орт- мана). Его архитектурное бюро специализировалось на проектировании и строительстве крупных торговых, гостиничных, офисных комплексов. Для них была характерна монументальность и комплексность.

Атриумное пространство он впервые использовал в многоэтажном доме «Антуан Грейвс» в Атланте в 1965 г. Самым эффектным зданием с атриумом — двором высотой в 20 этажей — стал проект гостиницы «Хаятт Ридженси» в Сан-Франциско в 1967 г. Балконы каждого этажа немного нависают друг над другом, формируя внутреннее пирамидальное пространство с иллюзией городской площади внизу, панорамные лифты (остекленные кабины) подчеркивают вертикаль пространства и служат инструментом обзора всей композиции холла. Тот же принцип формирования объемно-планировочного решения Портман использовал и в других своих постройках: гостиница «Hyatt Regency» в Сан-Франциско, «Ренессанс-центер» в Детройте, Центр Эмбаркадеро в Сан-Франциско и др.

Впоследствии этот прием формирования псевдогородской среды внутри здания был повторен множество раз и стал классикой для многих общественных пространств по всему миру. Портман, впервые создал так называемое театрализованное пространство, напоминающее грандиозный амфитеатр, откуда можно наблюдать «спектакль» городской жизни, периодически меняя декорации.

Рост индивидуального автотранспорта повлиял на развитие градостроительной мысли в США. Приоритетной задачей при проектировании стало решение рациональной системы транспортных связей. В послевоенное время в таких крупных городах, как Нью-Йорк, Чикаго, Детройт, Филадельфия и Лос-Анджелес, началось строительство сетей автомагистралей, туннелей, мостов и гаражей-стоянок.

По проекту П. Л. Нерви в 1960-е гг. был осуществлен сложный эстакадный узел развязок у Вашингтонского моста с автовокзалом. Вдоль набережных Манхэттена созданы две магистрали непрерывного движения. Четыре 30-этажных башенных дома расположились прямо над автомагистралью.

В Филадельфии Р. Джиургол предложил проект гротескного гаража, яркой особенностью которого оказалось совмещение функций, не то ограждения, не то проема или несущей конструкции. Он ввел прием использования диагональных направляющих, деформирующих завершенность прямоугольных планов, чем впоследствии воспользовались многие архитекторы.