Архитектура превращалась в средство утверждения новых форм образа жизни «нового» человека, дополняя жизнь новыми общественными функциями. Постепенно происходило осмысление нового творческого языка архитектуры. Каждый проект— как манифест конструктивного метода проектирования. В этих и последующих проектах были учтены функциональные принципы процесса жизнедеятельности человека: график движения, расположение помещений, эргономика.

Формируются структуры новых органов советской власти — местные революционные дома Советов, для которых был нужен и новый тип здания, разработкой которого занялись архитекторы, участвовавшие в многочисленных конкурсах с середины 1920-х гг., на проекты домов Советов в разных городах России: в Брянске, в Горьком, в Хабаровске, в Новосибирске и т. д.

Дом Советов должен был стать сосредоточием деятельности местных органов управления и включать помещения для деятельности профессиональных, партийных и комсомольских организаций, в сочетании с организационными функциями: съездами, собраниями, клубной работой: спектаклями, вечерами отдыха, праздниками и т. д., для которых требовались залы разной вместимости.

Такая многофункциональность предполагала разнообразие в решениях объемно-пространственных композиций зданий. В Москве по проекту архитектора И. Фомина строится новый корпус здания Моссовета.

Многие известные архитекторы того времени с разными концепциями приняли участие в разработке проектов республиканских домов правительства: в г. Махачкале — арх. И. Жолтовский, в г. Элисте — арх. И. Голосов, Б. Мительман, в г. Минске — арх. И. Ланг- бард, в г. Ташкенте — архит. С. Полупанов. В Москве в 1928-1929 гг. был построен Краснопресненский райсовет по проекту архитекторов А. Голубева и Н. Щербакова, чуть позже по проекту архитекторов И. Фомина, В. Даугуль, Б. Серебровского возвели здание Московского райсовета.

Для административно-деловых зданий была характерна симметричная композиция с чередованием ритмических горизонтальных рядов ленточного остекления или чередование оконных рядов с глухими плоскостями фасада. На первых этажах могли располагаться административные помещения, торговые, бытовые и тому подобные с большими плоскостями окон, а выше помещения с меньшей площадью и окнами помельче, что подчеркивало разное функциональное предназначение этажей.

Например, здание Госторга на ул. Кирова в Москве, архитекторы Б. Великий, М. Барщ и др., где на первых этажах располагались магазины, склады, конторы и т. д., а выше зал для собраний, помещения для сотрудников и т. д. Здания становятся многофункциональными комплексными сооружениями. Иногда на верхних этажах располагались квартиры для сотрудников, например дом кожсиндиката архитектора А. Голубева (1925), дом общества «Динамо» архитектора И. Фомина (1929).

Обширное строительство началось в Харькове, который с 1918 г. был объявлен столицей Украинской СССР. В связи с чем там развертывается обширное строительство согласно новому разработанному генплану города. Перед архитекторами стояла непростая задача создания единого ансамбля центральной площади им. Дзержинского.

Авторские коллективы принялись за разработку отдельных комплексов. В 1925-1928 гг. строится Дом государственной промышленности из монолитного железобетона, состоящий из девяти корпусов, ориентированных на центр площади (арх. С. Серафимов, М. Фельгер, С. Кравец). Позже строится Дом проектных организаций (1930-1934), С. Серафимов, и Дом промышленной кооперации (1929-1934), архитекторы А. Дмитриев и О. Мунц.

Складывается тип административно-производственного здания издательства. Сначала по проекту Г. Бархина в Москве строится здание газеты «Известия» (1925-1927), позже возводится здание газеты «Правда» по проекту И. Голосова. Объемно-планировочные решения обоих зданий подчинены функциональным особенностям производства печатной продукции.

В связи с реформой системы среднего и высшего образования складываются новые типы вузов, школьных учреждений и детских садов, к которым предъявлялись высокие требования как к санитарным нормам, так и к функциональному наполнению. В состав образовательных учреждений должны были входить: учебные кабинеты и лаборатории, мастерские, физкультурный зал, библиотеки, столовые, залы для различных мероприятий и прочие помещения.

Строительство подобных объектов, удовлетворявших всем требованиям, оказалось очень дорогим и сложным в эксплуатации из-за сложности и громоздкости объемно-пространственного решения, для которого требовались большие площади. Тем не менее архитектору А. Никольскому, спроектировавшему школу в Ленинграде на 1000 учеников, удалось нащупать общие принципы построения многофункциональных школ, соответствующие всем предъявляемым требованиям.

Позже, после введения обязательного для всех школьного образования в 1930 г., стали строить компактные школьные здания на 600-700 учеников, уменьшились и объемы зданий детских садов, сделав их строительство более экономичным. Примерами школ в Ленинграде служат проект А. Никольского и В. Гальперина на Лесном проспекте, И. Фомина на улице Стачек, а в Москве проект Н. Федорова на Русаковской улице, которые представляли собой асимметричные многокорпусные здания.

Как совершенно новый тип социального здания возводятся дворцы культуры (народные дома, клубы, дворцы для рабочих и крестьян), которые были призваны сплачивать народные коллективы посредством организации досуга (культурно-массовых мероприятий), проводить агитационно-разъяснительные и культурно-просветительские работы, то есть, по сути, становились центрами культурной жизни общества.

Постепенно сформировалось несколько видов клубов: клубы, связанные с домами-коммунами, клубы при производственных предприятиях, клубы отраслевых профсоюзов, районные и городские клубы местных Советов.

Одним из первых стал Дворец культуры им. М. Горького в Нарвском районе Ленинграда группы архитекторов А. Гегелло, Д. Кричевского, В. Райляна, где была применена секторальная схема зрительного зала, которая задала тон всему объемно-пластическому решению здания, в дальнейшем эта схема не раз использовалась другими архитекторами.

Свой проект Дворца культуры разработали в 1931-1937 г. братья Веснины. Клуб им. Лихачева в Москве стал одним из самых крупных многофункциональных культурных центров города, он включал библиотеку, большой и малый зрительный залы, зимний сад, обсерваторию и прочие помещения.

Вся композиция, состоящая из трех объемов, соединенных двусветным фойе с расчетом необходимых функциональных процессов, расположилась на свободной площади, ничем не стесненная она полностью подчинилась функциональному наполнению комплекса. Беря за основу проекта функциональные задачи пространства, многие клубы имели сложнокорпусную асимметричную композицию, например Дворец культуры им. Горбунова, архитектор Я. Корнфельд, клуб завода «Серп и молот», архитектор И. Милинис, в Москве, клуб строителей, архитекторы К. Алабян, Г. Кочар, М. Мазманян, в Ереване.

Более компактная композиция у клуба им. Зуева по проекту И. Голосова (1927-1929), который отличается контрастными формами фасада: в цилиндрическую форму, где расположена лестница, «вставлен» горизонтальный объем параллелепипеда.

По проектам архитектора К. Мельникова в Москве было построено несколько известных клубов: клуб им. Фрунзе, им. Горького, клуб при фабрике «Каучук», «Буревестник» и клуб в Дулеве (под Москвой). В своих работах Мельников старался выразить художественно-острое решение облика зданий. Одним из самых интересных проектов по объемно-пространственному решению является клуб им. Русакова (1927-1928), в котором архитектор использовал возможности трансформации зала и зрительные места расположил в выдвинутых из общего объема частях здания, что внесло впечатляющую игру объемов фасада здания.

Проект его собственного дома в Кривоарбатском переулке в Москве навсегда вошел в историю не только советской архитектуры, но и мировой. Новаторская объемно-пространственная композиция представляет собой два цилиндра разной высоты, врезанных друг в друга на треть радиуса.

Однородную плоскость фасада разбавляют шестигранные вертикальные окна, расположенные в соответствии с функциональной необходимостью освещения внутренних пространств, разграниченных прямыми перегородками. Стиль дома нельзя отнести ни к одному из известных, тем более что и сам автор возражал против этого, считая, что главное в творчестве архитектора — это его личный взгляд без оглядки на существующие догмы.

Он же обеспечил успех Советского павильона на Международной выставке в Париже в 1925 г, который выделился из эклектичных решений других стран своей яркой и лаконичной индустриальной образностью. Это был первый «выход» советской архитектуры на международный смотр.

Интересными решениями выделялись и павильоны на Всероссийской сельскохозяйственной и кустарно-промышленной выставке в Москве в 1923 г., где наряду с классическими формами И. Жолтовского выделился павильон «Махорка» архитектора В. . Советская власть уделяла большое внимание массовым зрелищным мероприятиям, признавая за ними возможность воздействия на настроения трудящихся масс.

Она поддерживала деятельность новаторов советской режиссуры: В. Мейерхольда, С. Эйзенштейна, Е. Вахтангова, А. Брянцева, К. Марджанишвили, А. Таирова, Н. Охлопкова, П. Гай- дебурова и др. Сценография спектаклей требовали новой организации решений театральных пространств и их механического оснащения. В процессе конкурсов на проекты театров в Новосибирске, Ростове-на-Дону, Свердловске и других городах были выявлены новые принципы организации объемно-пространственных решений этих зданий. Ведущую роль в формировании зала стала играть возможность его трансформации. Эту функцию удалось заложить в овальную форму зала музыкального театра в Харькове братьям Л. А. и В. А. Весниным (1930-1931).

Пытаясь приобщить к театру широкие слои населения, архитекторы стараются демократизировать театральное действие, отказываясь от традиционного разделения зрительного зала на социально обусловленные части, и объединяют все места в единое пространство, в то же время увеличивая количество зрительных мест.

В проекте театра им. В. Мейерхольда архитекторы М. Бархин и Е. Вахтангов заложили идею новаторского искания самого режиссера — сближения актеров и зрителей. Они отказались от традиционного приема — отделения зала порталом и оркестровой ямой, предложив вынести сцену в центр зала, окруженного амфитеатром зрительских мест. Были предусмотрены и технические новшества, но, к сожалению, проект не был доведен до конца.

Новые типы общественных зданий советского периода объединяла общая идейная направленность — превратить архитектурно-дизайнерскую среду в место социального общения людей. Особенно это стремление проявилось в проектах социального жилья— домах-коммунах, где были предложены разные варианты обобщения социальных функций.

Планировалось, например, создавать фабрики-кухни с целью переложить на них функцию приготовления пищи. Это идея не имела успеха, однако фабрики-кухни прижились при крупных производствах и общественных зданиях, например при появившихся универмагах, решая проблему обеспечения сетью питания трудящиеся массы.

Развивались типы культурно-спортивно-оздоровительных зданий и сооружений. Строились бани-бассейны, дворцы спорта («Авиахим» в Москве, арх. Н. Метлин), санатории (санаторий в Мацесте, арх. А. ), были разработаны проекты типовых стадионов (стадион имени Красного спортивного Интернационала и стадион «Красный путиловец»), которые включали в себя открытый стадион с трибунами и здание спортклуба, одним из крупнейших стал проект стадиона «Динамо», архитекторы А. Лангман и Л. Чериковер.

Одним из интереснейших проектов стало здание планетария архитекторов М. Барща и М. Синявского (1927-1929), потребовавшего сложных инженерно-технических решений.

Разместив большую часть подсобных помещений на первом этаже под круглым зрительным залом на 1440 мест, архитекторы смогли перекрыть его железобетонным параболическим куполом. К нему подвесили экран полусферической формы, предназначенный для воспроизведения проекций звездного неба.

Одним из самых знаковых здании для всего советского строя стал Мавзолей им. В. И. Ленина по проекту А. Щусева (окончательный вариант в граните 1929 г.). Ему удалось добиться торжественной монументальности, но в новой стилистике. Мавзолей стал композиционным центром Красной площади с возможностью его использования в качестве трибуны для выступлений высших эшелонов советской власти.

К 1925 г. созрел вопрос о социалистическом расселении советских граждан и о взаимодействии между городом и деревней на фоне проведения индустриализации народного хозяйства. Появились идеи обустройства городов-садов и две противоположные точки зрения: урбанисты ратовали за концентрированные очаги расселения, а дезурбанисты выступали за безочаговое расселение. Оба эти подхода подверглись критике. Практическое же воплощение в действительности получили идеи «соцгорода» с укрупненным жилым массивом и развитой культурно-бытовой инфраструктурой.