Город — цветовой мираж

19

Прежде чем предпринять вслед за многими, оставившими свои описания путешественниками, архитекторами и художниками, мысленное путешествие в Венецию, необходимо сделать одно замечание относительно единства и разнообразия средневешвой архитектуры. Несмотря на определенную Общность, отражавшую дух эпохи, средневековая архитектура носила выраженные национальные черты. Имелись очевидные отличия в средневековой архитектуре Франции, Англии, (Германии, Италии, Руси, Немаловажное значение имели при этом местные традиции и обычаи. Известно, например, что в некоторых итальянских городах существовала традиция строительства башен родовыми фамилиями. Так знатный горожанин выражал себя, заявляя о своем богатстве и величии, и подчас эти башни-гулливеры насчитывались сотнями, что приводило к композиционной неуравновешенности и конкуренции вертикалей города.

Существенное влияние на архитектуру средневекового города оказывали также специфические природные условия. Уникальным примером в этой области была Венеция — город, возникший в лагунах на островах и поэтому не нуждавшийся в каменной стене для своей защиты. И поскольку острова соединялись лишь водой, здесь возникли транспортные каналы и специфические средства г орех док ого транспорта — гондолы. Каналы (их насчитывается сейчас служили связующими артериями— улицами, были границами между небольшими районами города и заменяли зеленые пояса, связанные с «парком» — лагунами, заманчивыми для загородных прогулок. Застройка города шла плотной стеной вдоль каналов, и двери домов выходили к воде. Городским центром служила торговля и общественная площадь Святого Марка с башней и собором. Эта площадь обстраивалась постепенно и получила замыкание (напротив собора Св. Марка) лишь в начале XIX века. Композиция площади и ее зданий повторялась в меньшем масштабе в каждом из шести приходских районов, соответствовавших шести городским гильдиям.

Необычное природное окружение, цветовая атмосфера неба и моря, объемы зданий, как бы плавающих на воде — все это не могло не оказать влияния на формирование особого восприятия архитектуры. Замечательные описания свойств среды, природной атмосферы и архитектуры Венеции даны многими путешественниками. Характерно, что все они упоминают о чувстве нереальности, ином понятии формы, о1б ощущении «миража». «Приближаясь к спокойным водам лагуны за лентой островов со стороны Адриатического моря, которое создает драматический пейзаж бегущих гребней волн с тенями удивительно интенсивного ультрамарина, — пишет С. Е. Расмуссен, — вы чувствуете, что внезапно попали в нереальный мир, где обычно понятия о форме теряют их значение. Небо и вода слились в блестящую голубую сферу, в середине которой скользит темная рыбацкая лодка, и низкие острова кажутся просто плавающими горизонтальными полосками. Сама (Венеция маячит как мираж — город мечты. И это впечатление нереальности присутствует повсюду. Цветные призраки зданий, плавающие на поверхности воды, кажутся больше, чем все другие когда-либо виденные дома».

А. К- Буров также характеризует Венецию как город-мираж: «Когда мы плыли в гондоле по Канале Гранде, мне казалось, что гондола стоит неподвижно; мимо, как мираж, скользили мраморные перламутровые готические дворцы. Их пластическая материальная ткань была легче воды, временами легче воздуха, поэтому они не тонули… Иногда этот плавный строй нарушался. В него вплеталось палаццо Высокого Возрождения; здесь происходила какая-то задержка, нарушался ритм движения их легкий, стройный, плывущий караван вплеталось не тяжелое, а «дутое» сооружение, которое держалось на воде как пробка, раскрашенная под камень». «Сказочность» и «нереальность» Венеции, видимо, в еще большей степени поражали путешественника в прежние времена, привыкшего к городской среде тесного, устремленного вверх пространства, сжатого поясом мощных стен.

Композиция цветовых пятен, пусть даже лежащих в одной геометрической плоскости, ведет к созданию хотя и невесомой, но объемной, наделенной пространством архитектуры цветовых плоскостей. Одни цвета, теплые и интенсивные, обладают способностью «приближать» плоскость к зрителю, в то время как другие (холодные, блеклые, мягкие) «отдалять» плоскость. Поэтому и в плоскости стены Дворца дюжей появляется некоторая объемность. Одни пятна воспринимаются как резное кружево, напоминающее готический принцип разложения массы, другие — как невесомый фон. То, какие пятна выдвигаются вперед, какие отступают назад или становятся фоном, зависит не только от их чисто колористических свойств, но и от характера рисунка, его структурности, взаимоСюложения плоскостей пятен и других факторов.

Русский художник профессор Баухауза (В. Кандинский много работ посвятил изучению пространственных свойств цветовых плоскостей. В одной из его композиций, названной «Сопровождаемый контраст», показано значение пространственного взаимоположения цветовых плоскостей. Вот яркое оранжевое пятно в окне темно-синей плоскости. ТаК как оранжевый двет интенсивней и теплее фона, он подталкивает впереди себя темно-синюю плоскость, которая, как более холодная, могла уйти за оранжевое. В ТО же время вдереди синей плоскости два полупрозрайных элeмewтa, которые из-за слабой интенсивности тона и блеклости могли бы уйти вглубь за плоскость картины. Также подталкивают друг друга три плоскости в щентре композиции. При этом теплая желтая плоскость спрятана за двумя другими, в том числе за более холодной фиолетовой, и, выходя из плоскости картины, подтягивает вперед и эти плоскости. Подобные соотношения, (превращающие плоскую картину в трехмерную, можно обнаружить в каждом фрагменте картины.

Пространственные свойства цвета определяют и его способность разрушать статическую форму. Так, средневековое одеяние арлекина делает фигуру более иллюзорной, подвижной, ирисутствукжцей «там и тут». Применение цвета в архитектуре требует поэтому особой осторожности, учета характера архитектуры сооружения, его тектонических свойств. Архитектор, применяющий цвет без учета его пространственных свойств, поступает подчас подобно художникам-кубистам, входившим в период первой мировой войны во французскую «бригаду кому- фляжа». С помощью цветных пятен абстрактных фигур они разрушали форму предметов, превращая военные корабли в нечто, лишенное силуэта, формы и пространственной определенности.

Профессиональное изучение архитектуры средневекового города требует воссоздания ее модели, возможно близкой к действительности, ибо «только музыка пробуждает музыкальное чувство человека». И подобно тому как для немузыкального уха самая прекрасная музыка лишена смысла, она для него не является предметом», моделирование видения отдаленной эпохи требует определенного творческого настроения и чувственного напряжения.

Настрой на эстетическое восприятие объемно-пространственной среды средневекового города предполагает не только мысленное перемещение во времени в знакомую нам из курса истории эпоху, но и переориентацию в обыденных представлениях о форме и пространстве. В таком восприятии, вероятно, отсутствуют точные представления о расстояниях, масштабе и действительных размерах форм. Объемность готики подобна объемности диорамы, где более отдаленная часть картины всегда нарисована на плоскости, и архитектура города воспринималась не столько в последовательности и движении к некоторому центру, но о любого -места в городе, дававшего общую картину («Здесь нет места, где бы вы могли остановиться и сказать: «Это следует смотреть отсюда»). Необычные для современного города условия -восприятия создавались застройкой в два яруса— способе, при котором и достигалось выделение в композиции ведущих общественных зданий города. Они воспринимались как главные фигуры в картине диорамы.

Характер архитектуры средних веков может быть понят более глубоко в сравнении ее с архитектурой классицизма и барокко. Воссоздание среды средневековой застройки — это скорее Обратная реконструкция многих существующих сегодня городов, знакомых нам гто видовым открыткам, заполнение застройкой искусственно созданных в период барокко площадей перед соборами и (прямолинейных лучей-улиц, воссоздание скрытности и сюрприза, внезапного раскрытия и подъема ввысь. Вместо переливающихся по горизонтальным (плоскостям геометрически правильных пространств — сжатое, искривленное, направленное кверху и дематериализующее форму пространство.

В модельном исследовании готической архитектуры особое внимание должно быть уделено изучению условий восприятия интерьеров соборов, как восприятия, бывшего опорой наиболее обобщенного художественного образа эпохи. Художественный образ готического собора может быть противопоставлен образу человека-героя, рождавшемуся под массивными сводами древнеримского Пантеона: «На смену подавляющей весомости Римской империи пришла подавляющая невесомость римской церкви… Моделировка, пластика обгоняли уменьшающийся кверху вес камня, Обгоняли его, взлетали ввысь и растворялись в пространстве. Оба Рима понимали, что, формируя камни в архитектуру, ©ни формировали не камни, а человека, его мироощущение». Этот новый образ лолифоничен, он насыщен и противоречив. Его содержательность определилась обращенном к общественному созданию новой формации, пронизывающему сознание не только паразитического класса, как в рабовладельческом -обществе, но и сознание тех, кто сеял хлеб, изготовлял утварь и оружие, и тесал камни соборов. Его противоречивость была выражением иллюзорно отражаемой теперь «самораз-орванности» и «самопротиворечивости» земной действительности, которая поэтому неизбежно «отделяет себя от самой себя и переносит себя в Облака, как некое самостоятельное царство» КiB развитом общественном сознании эпохи и его формах проявлялось уже и мироощущение зарождавшегося нового, буржуазного класса, еще не обретшего. его революционного духа, но (предчувствовавшего овое будущее назначение преобразователя земли и неба. Поэтому и ъ противоречивом образе готики начинают сливаться воедино и «священный эскиз» и ранняя «утренняя заря» нового дня человечества. Динамичность художественного образа связана и с изменением эмоционального состояния зрителя, (побуждаемого движением музыки, овета и цвета.

Цвет имеет особое значение в средневековой архитектуре. Характерна связь его эмоционального воздействия с колористи- кой природной средой и динамичностью цветового образа.

В средневековой архитектуре цвет выступает и в особом тектоническом качестве. Это качество должно быть хорошо понято современным архитектором, от которого справедливо требуют создания полихромпой архитектуры. Он должен понимать, что это требование не сводится только к колористической раскраске зданий, но должно удовлетворяться с учетом всех свойств цвета, в том числе с учетом тектонической характеристики отдельных архитектурных форм и сооружений.

Итак, в качестве примеров могут быть предложены следующие темы модельного изучения и Исследования объемно-пространственной среды средневековой западноевропейской архитектуры.