Профессионализм русской архитектурной школы начала XX в. неотделим от опыта прошлого — в этом смысле он был детищем историзма предшествующей эпохи. В чем же тогда корень конфликта «отцов» и «детей»?

Поиски ответа на этот вопрос возвращают нас в сферу мировоззрения. Искусство рубежа веков свидетельствует об изменениях в способе восприятия действительности, которые обусловлены были изменениями самой действительности. На смену пристальному анализу явлений жизни, характерному для искусства второй половины XIX в., пришло целостное, эмоциональное восприятие, и художественный образ, насыщенный и волнующий воображение, становится важнее и ценнее житейского правдоподобия.

В литературе, особенно в поэзии, музыке и живописи начала XX в.— в творчестве В. Г аршина и А. Белого, А. Блока и И. Стравинского, К. Сомова и Н. Гончаровой, Л. Бакста и В. Серова — культивируется изощренная художественная форма. Архитектура не была исключением. Взяв древнюю формулу «искусство архитектуры», новое время переносит акцент на ее первую часть, и художнический, целостный, эмоциональный подход к архитектурной форме выходит на первый план, оттесняя суховатую рациональность формообразования XIX в.

В эти годы И. Э. выдвигает знаменательный тезис: «Красота всегда правее логики и всегда покоряет». Тезис следует принять с оговоркой: начала XX в. отнюдь не отрицает «рациональный» подход к решению проектных задач; он лишь дополняет завоевания научного подхода к проектированию свободным формотворчеством. Естественно, лидерами в профессиональном цехе становятся мастера с обостренным чувством формы — линии, пластики, силуэта, колорита. Более того, стирается грань между архитектором и художником, в числе авторов ряда примечательных памятников архитектуры этого времени мы находим немало имен живописцев и графиков — Н. К. Рерих, В. М. Васнецов, С. В. и др. Огромную роль в формировании эстетической программы архитектуры начала XX в. сыграло художественное объединение «Мир искусства», с деятельностью которого связаны и ретроспективные направления в архитектуре.

Сложнее соотнести тезис Грабаря с ценностными ориентациями заказчиков — акционерных обществ, коммерсантов, промышленников. Здесь нередко доминируют соображения престижа, рекламы, следование моде. Тем не менее архитектурный процесс конца XIX — начала XX в. весьма органичен. Он проходит под знаком очень высокой общей архитектурной культуры, дающей заказчику умение точно ориентироваться в выборе проекта. Косвенным свидетельством отхода от прямолинейной логики предшествующего периода служит появление в архитектуре городов вещей бесполезных с точки зрения здравого смысла, но очень значимых для обогащения городского ландшафта,— например, высотных башен, венчающих жилые дома и здания торговых фирм. Но еще История здания отразила преобразования пространственной среды на протяжении столетия. Почтамт, построенный Львовым, имел открытый внутренний двор для конных почтовых экипажей; в него въезжали через ворота.

В начале XIX в. часть двора была перекрыта кровлей на деревянных фермах. При реконструкции 1903 г. застройка уплотнена, часть участка отведена под корпуса почтовых экспедиций, другая превращена в открытый светлый операционный зал. Двойное металлостеклянное перекрытие опирается на систему опор, расставленных в бывшем дворе. Фасад здания при реконструкции сохранен существеннее безусловное доверие, оказываемое заказчиком этой поры архитектору и художнику: творческая интеллигенция в эти годы имеет такое влияние на жизнь и вкусы общества, которого не знала до сих пор культура России.

Смена масштабных предпочтений. Еще в 1870—1880-е гг. в подмосковном имении крупного промышленника и мецената С. И. Мамонтова — Абрамцеве сложился знаменитый «кружок» художников, вклад которого в русское искусство очевиден из перечня имен его участников: В. Серов, К. Коровин, А. Головин, М. Врубель, Е. Поленова. Кружку была свойственна ориентация на отечественные традиции.

В 1881 —1882 гг. в Абрамцеве была построена каменная церковь по рисункам В. Поленова и В. Васнецова, очень непохожая на типичные для своего времени церкви в «русском стиле». В маленькой постройке со звонницей над входом были уловлены живописная пластичность белых памятников Пскова, монументальность их форм, крупных, цельных, со скупым орнаментальным декором.

Комбинированная система и ее влияние на архитектонику зданий Распространенный в начале XX в. прием трактовки фасадов в виде грандиозной «аркады» обязан применению комбинированной системы (сочетание кирпичных несущих стен с металлическими перекрытиями). Эта применялась в рамках разных стилевых направлений Ф. Шехтель. 1901. Фрагмент фасада Сплошь остекленные «арки» разделены горизонталями междуэтажных перекрытий, лаконизм которых подчеркивает пластическое богатство обработки простенков и архивольтов. Характер деталей позволяет отнести это здание к поздней эклектике;

Мотив аркады повторен дважды; кроме того, Сюзор попытался воспроизвести раннепетербургский мотив — полукруглое подвышение стены. Металлостеклянная угловая башня характерна для архитектуры начала XX в., такие башни обогатили силуэт Петербурга. Здание отличается превосходным качеством исполнения, однако декоративные излишества (нередкие для раннего модерна) снижают его художественные достоинства и диссонируют с застройкой Невского проспекта;