Пирамиды в Гизе

15

Наибольшей известностью, как все знают, пользуются большие пирамиды в Гизе |(отчасти благодаря легкой доступности для туристов). Их композиционное построение представляет определенный интерес для характеристики общего принципа оргаиизации архитектурной среды на западном берегу Нила.

Пирамиды эти принадлежат к одной династии фараонов и построены последовательно в относительно короткий срок. Самая большая из них строилась фараоном Хеопсом (Хуфу), сосредоточившим в своих руках всю полноту власти1. Тело пирамиды организовывало большой комплекс подобно пирамиде Джосера: прямоугольная, вытянутая с востока на запад площадка была застроена объемами небольших пирамид, мастаба и храмов. Приближенные могущественного фараона считали большой честью получить при его жизни право на сооружение своих гробниц у подножья большой пирамиды. Пространство вокруг пирамиды, стоявшей в то время в одиночестве, было ограничено обрывами скалы. Согласно некоторым источникам, здесь вокруг комплекса обнаружены остатки древнейшей ограды (у скалы на севере от пирамиды).

Вторая из пирамид—гробница Хефрена (Хафра) принадлежит фараону, также стремившемуся к независимому управлению, поддерживаемому жестокостью и своевластием. Решив построить гробницу вблизи пирамиды своего предшественника, Хефрен не пытался Объединить пирамиды в общем планировочном решении. Для того, чтобы дворы пирамид не соприкасались и каждая из четырех сторон пирамиды оставалась открытой и обращенной к символическим странам света, тело пирамиды было отодвинуто к юго-западу и поставлено по диагонали к пирамиде Хеопса. Такая постановка соответствует также условиям рельефа местности (очертанию повышенного плоского участка).

Пирамида Хефрена представляла собой архитектурный комплекс, состоявший из элементов, организованных симметрично относительно продольной оси. К восточной стене двора примы о царский заупокойный храм, к которому вел крытый каменный переход от ворот в долине. Заупокойный храм был монументальным сооружением, сложенным из массивных блоков известняка. В нем имелись помещения, покрытые плоской крышей, и открытый двор. Входные ворота, или приемный зал, также были монументальным сооружением высотой с трех-четырех- этажный дом (112 м) и рядом с ними помещалась фигура Большого сфинкса.

Третья из гизехских пирамид была построена фараоном Ми- керином, сменившим Хефрена и не сумевшим успешно соперничать со жрецами в борьбе за власть. Гробница Микерина значительно скромнее по размерам двух предыдущих Сторона ее основания приблизительно в два раза меньше стороны основания пирамиды Хефрена. Она также расположена в центре двора, где помещались малые пирамиды и заупокойный храм, к которому вела галерея с воротами в долине.

Ориентация на симметричное решение каждой пирамиды, а не на ритмическую взаимосвязь их объемов (имеется в виду зеркальная симметрия в отличие от переносной) может быть подтверждена следующими наблюдениями. Путешественники, видевшие гробницы в Гнзе, единодушны во мнении о том, что пирамиды рассчитаны на восприятие издали. «По странной игре оптики, — писал А. Норов, — замеченной уже многими путешественниками, пирамиды, по мере приближения к ним, кажутся как бы менее огромными, чем издали». «На них стоит смотреть только издали», — утверждает С. Л. Утченко. Н. И. Брунов считает, что главной точкой зрения на -пирамиду является дальняя, когда основные для пирамиды соотношения, базирующиеся на египетском магическом треугольнике, определяются видимым только издали треугольником поперечного разреза пирамиды. При приближении к ней «исчезает абстрактность магического треугольника; уже средняя точка зрения оставляет зрителя неудовлетворенным, вблизи композиция распадается, пропорции искажаются». Продолжая эту мысль, можно предположить, что самой выгодной точкой зрения является та, что лежит на прямой, составляющей незначительный угол с геометрической осью квадрата основания или осью симметрии пирамиды.

Если идея зеркальной симметрии пирамиды являлась ведущей, то и закономерности построения пирамид, отвечавшие эстетическим требованиям и магической геометрии, должны были учитывать эту симметрию и определенные ею условия восприятия формы сооружения.

Выше отмечалось значение треугольника поперечного сечения пирамиды в построении ее формы. Практическое, астрологическое и эстетическое значение в Древнем Египте имел прежде всего так называемый «магический треугольник» с соотношением сторон 3:4:5. Простое отношение сторон в целых числах делало удобным применение этого прямоугольного треугольника для разбивки прямого угла. Второй угол треугольника составляет 53°08/ и третий — 36°52. «Магический треугольник» мог использоваться для построения формы пирамиды и контроля за этой формой во время строительства. Действительно, треугольник поперечного разреза пирамиды Хефрена совпадает с двумя соединенными треугольниками, у которых высота относится к основанию как 4:3=443,5: 107,625=4,333, и угол наклона грани пирамиды составляет, следовательно, 53°08г (угол, тангенс которого равен 1,333).

Одной из разновидностей треугольника, весьма близкого к «магическому», является прямоугольный треугольник, у которого гипотенуза так относится к большому катету, как большой катет относится к малому. Треугольник поперечного сечения пирамиды Хеопса совпадает с двумя такими соединенными вместе треугольниками (с отношением большего катета к меньшему, равны 1,272=146,59: 115,6). Угол наклона грани пирамиды составлял. следовательно, около 51°50 (угол, тангенс которого равен 1,272). Эта величина весьма близка к данным исследований М. Котсворта, по замерам которого угол наклона обнаруженной им облицовочной плиты, сохранившейся в основании пирамиды Хеопса, составлял бНбУ. Наконец, в треугольнике поперечного сечения пирамиды Микерина основание относится к высоте как 1,62 : 1, что соответствует отношению «золотого сечения», являющемуся признанным критерием наиболее гармонического пропорционального отношения в архитектуре.

В свете изложенного представляется, что общепринятая гипотеза о построении пропорций пирамиды на основе ее диагонального разреза не имеет достаточных оснований, как противоречащая идее симметрии. В этой же связи вряд ли могут оправдаться попытки найти универсальный метод точного геометрического построения формы пирамид. Эта форма была, по-видимому, традиционной, но каждый фараон династии мог варьировать в малых пределах ее основные геометрические измерения, не меняя общего зрительного образа. Это, разумеется, не позволяло воплощать в пирамиде личные чувства и художественные представления, но могло быть, согласно существовавшим повериям, способом передачи далеким поколениям зашифрованной логической информации.

Взаимное расположение трех пирамид анализировалось В. Н. Владимировым, указавшим на определенные математические закономерности в расположении сооружений. Но эти точные геометрические отношения остаются необъяснимыми, если их не рассматривать как выражение каких-то других менее определенных, менее точных математически, но более существенных функциональных или эстетических закономерностей. Гипотеза В. Н. Владимирова имеет право на существование только как формализованная математическая модель композиции. Изложенная же выше концепция композиционного решения пирамид заставляет усомниться в возможности использования размера существующей пирамиды в качестве планировочного модуля в последующем строительстве. Приближенные отношения, которые дали основание для назначения точных геометрических размеров, могли быть построены на соотношениях размеров собственно пирамид и их дворов, примыкающих друг к другу.

Пирамида Хеопса, расположенная на свободном, ограниченном обрывом участке, видимо, не имела ограждения двора, по крайней мере, с южной стороны. Пирамида Джосера имела монументальное ограждение, образующее двор в форме двух квадратов. Пирамиды Хефрена и Микерина имели ограждения, разделяющие участки дворов пирамид. При этом расстояние между пирамидой и продольной стеной составляло половину или несколько больше половины размера основания пирамиды. Такое расположение продольных стен представляется естественным для построения симметричной композиции, в которой пирамида является главным сооружением, и в то же время двор имеет некоторое функциональное назначение. Отношения же фигур квадрата и двойного квадрата, как показал В. Н. Владимиров, характеризуют пропорциональные отношения в архитектуре Древнего Египта. Расстояние от грани пирамиды до стены двора, равное не менее чем половине размера основания пирамиды, удовлетворяет также требованию размещения на участке двора самой длинной (полуденной тени от пирамиды, не заходящей на соседний участок.

Что же касается расположения гробниц по диагонали, то она представляется вполне естественные, так как обеспечивает раскрытие каждой из сторон сооружений в (незастроенное пространство к четырем символическим сторонам света.

Таким образом, определенная согласованность в расположении сооружений пирамид могла быть проявлением более частной и простой закономерности в увязке размеров каждой гробницы и ее двора, вытекающей из идеи симметрии каждого комплекса пирамиды.

Очень важно обратить внимание на тот факт, что геометрическая ось симметрии в пирамиде Хефрена все же не совпадает с осью, которую можно провести от монументальных ворот в долине к центру тела пирамиды. Планировочные оси ворот, перехода и тела пирамиды расположены на ломаной прямой, два отрезка которой ориентированы с востока на запад. Такое расположение элементов комплекса, когда ось входных ворот проходит рядом с левой гранью тела пирамиды и параллельно ей, дает модель наивыгоднеиших условии восприятия объема, при которых еще не искажаются основные отношения, базирующиеся на магическом треугольнике, и в то же время пирамида воспринимается уже как массивное, объемное тело, поскольку зритель видит две ее грани. Место, откуда воспринимается этот живой образ пирамиды, отмечено фигурой фантастического сфинкса.

Модель условий восприятия пирамиды Хефрена может несколько пояснить и самую форму гробницы — равностороннюю пира.миду. Восприятие объема пирамиды с зафиксированной выгодной точки зрения создает тот устойчивый и наиболее выразительный геометрический образ, который Н. А. Ладовский рассматривал как один из важных показателей собственных композиционных качеств формы. В этом можно убедиться, если проанализировать на моделям степени устойчивости геометрических образов различных геометрических тел. Очевидно, что параллелепипед обладает меньшей «степенью устойчивости» геометрического образа, чем пирамида, так кай в нем менее ясно воспринимаются отношения сторон. В пирамиде это восприятие облегчается центричностью самой формы с зафиксированной точкой — вершиной.

Рассмотренный принцип .композиционного построения пирамиды Хефрена заслуживает внимания как пример равновесной организации среды в древней архитектуре, не следовавшей строго формальной осевой симметрии. Это служило лишь способом придать самой симметрии еще большую выразительность в действительных условиях восприятия.