На земле, конфискованной у одного из тех севильских евреев, родственник короля, губернатор Андалусии Педро Энрикес, вел в 1483-1505 гг. сооружение своего дворца. В этом не менее деятельно участвовала пережившая его супруга — Каталина де Рибера.

Второй этап (1526-1539) связан с их сыном Фадрике Энрикесом де Рибера, который после паломничества в Святую землю задался целью превратить дворец в подобие иерусалимского Дома Пилата. Тем более, что он получил от папы Римского реликвию — обломок колонны бичевания Христа.

В связи с этим здание значительно разрослось к западу, был также надстроен второй этаж для зимнего пребывания владельцев. Наконец, в 1568-1571 гг. племянник Фадрике Дон Пер Афан де Рибера, первый герцог Алькала и вице-король (наместник) Неаполя при помощи неаполитанского же инженера и архитектора Бенвенуто Тортелло разместил во дворце собранную им античную скульптуру, что сопровождалось рядом других работ.

Отражая сложную, неправильную конфигурацию здания, главный фасад состоит из двух частей, стыкованных под прямым углом. Это, как ранее в местном Алькасаре, внимание к фасаду говорит о новом, противоположном мусульманской традиции подходе. Теперь для зодчих становится важен и внешний вид построек.

В левой части фасада на фоне глухих кирпичных стен выделен портал (1535), монументальными пилястрами и аттиком утке полностью принадлежащий архитектуре Возрождения. Но правая, хотя и датируемая уже началом XVII в. (архитектор Хуан де Овьедо), галереей-лоджией по центру несколько перекликается с фасадом Алькасара.

Мудехар в «Доме Пилата» наиболее показал себя самим устройством двора-патио, развернутого по оси север-юг и первоначально одноэтажного. Ритм его арок несколько нарушается в северо-западной части, где вместо одной сделаны две узкие, как и у выходящего тут на галерею окна-комнаты Отдыха Судей. Эти арки подковообразные в отличие от утрачивающих данную форму остальных, по как-то чересчур вытянуты, а архивольты почти стрельчатые.

Капители мраморных колонн самой галереи гладкие, снабжены переходом к параллелепипедам импостов. Любопытно, что у тех чередуются Два вида резьбы, в следующей колонне переходя с длинной стороны на короткую и наоборот, кроме стилизованных листьев, можно усмотреть нечто сходное с крестиками.

Что касается исполнения, то тут и еще в большей степени над арками резьба иная, нежели ранее. Какое-то оно «воздушное», ювелирно измельченное, напоминая этим распространявшийся тогда, на первом этапе Ренессанса в Испании, стиль платереско.

Стены за аркадой — в изразцах, но, как и внутри дворца, этот вид декорации применяется теперь по-другому; Налицо четкое деление на «ковровые» прямоугольники — панно, отделенные одно от другого «каймой». Насколько же двор стал выглядеть «ренессанснее» после переделки фонтана, установки в углах античных статуй66, а над панно галереи — бюстов римских императоров, не приходится и говорить.

К востоку от двора для Фадрике устроили Преторию, кабинет Пилата и прочее, в основном сходное по оформлению. Основным средством является изразцовое покрытие стен в его упомянутой новой интерпретации.

Как и в Алькасаре, это украшение, сохраняя геометрические мотивы, все чаще превращается в более или менее натурально передаваемые цветки. Капители колонн подчас еще старого типа, с резными импостами. Но, роль резьбы по гипсу и штукатурке, если сравнивать с тем же Алькасаром, падает, правда, содержа подчас надписи на арабском.

Деревянные потолки, балочные или кессонированные. сохраняют прежнюю роскошь, как и купол над лестницей наверх. Но в интерьерах второго этажа мусульманского уже практически нет, исчезло оно (кроме галереи) и в садах дворца — большом и малом.

Тем не менее «Дом Пилата» демонстрирует удивительную стойкость мудехара, его способность вступать в интереснейшие симбиозы не только с романским стилем и готикой, но и с Ренессансом,