Генезис первого типа

408

В Польше и Беларуси распространен генезис первого типа. Линзообразная конфигурация городского торга происходит от такой же формы площади сельских поселений, которые первоначально имели овальные очертания в плане (так называемые «овальницы» по терминологии Б. Заборского). По мнению М. Ловмяньской, указанные поселения закладывались в крае немецкими колонистами. Эту позицию критикует В. Ревеньска, ссылаясь также на работу Р. Мелке «Немецкие села», считавшего «овальницу» типом славянского происхождения. Для чечевицеобразного рынка, иногда разделявшего город на две части, типичны большая длина, тенденция островного размещения основных городских зданий — ратуши, торговых лавок, храмов и других — постепенной застройки его центральной зоны.

В условиях Беларуси обнаружена веретенообразная конфигурация двух функциональных типов площадей — главных и культовых. Компонентом главной площади часто был замок, ранее детинец, а для культовых ансамблей свойственно сложение вне связи с ним вдоль важной коммуникации (площадь в Витебске перед церквами Иоанна Богослова и Рождественской в XVIII в.). Хотя описанный А. Буниным, Э. Грушкой и другими исследователями «классический» путь образования длинного рынка предполагал отдельно стоящие объемы или их группы в его центральной части, наблюдаются площади и со свободной серединой (главный ансамбль Бобруйска до перепланировки города в конце XVIII в., упомянутая площадь Витебска). Все чечевицеподобные площади замкнуты, тем самым протяженными изогнутыми сторонами, не имеющими больших пространственных разрывов, подчеркивается видообразующая особенность объектов.

Рассматривая подгруппы интересно отметить ориентацию площадей на замок, входящий в ансамбль и визуально завершаюший удлиненное пространство (главная площадь Кричева XVIII в.). Характерно и положение небольшого по размерам замка посередине стороны площади (Слоним, Бобруйск). Иногда линзообразный абрис нарушался появлением коротких сторон на одном или двух концах веретена, включением ломаных очертаний, асимметрией и другими аномалиями, не менявшими общий характер пространства. Типичным примером служит немецкий Гёрлиц, где площадь в одной своей части имела плавные криволинейные очертания, а в другой, ближайшей к замку, на который ориентировалось все пространство комплекса, приобрела большой прямоугольный выступ квартальной застройки, заужающий этот конец площади (план Горлица). Похожая картина прослеживается в Кричеве, лишь прямоугольный выступ размещался на противоположной от замка оконечности рынка.

На образование веретеноподобных элементов плана в отдельных белорусских городах указывают также С. Шиманский и Ю. Кишик. Тем не менее обоснованность некоторых суждений этих исследователей автор монографии считает возможным подвергнуть сомнению. С. Шиманский, на левом берегу Городничанки вдоль современной улицы О. Кошевого, в Витебске на территории Задвинья и Заручавья, в Могилеве в Луполовском предместье, в Новогрудке. Это, однако, не доказывает, что на участке веретена, в XVIII -XIX вв. занятом застройкой, когда-либо была площадь. Необходимо подчеркнуть, что известные в истории градостроительства чечевицеиодобные торги, в средневековье сложившиеся в европейских городах, в XVHI —XIX вв. сохранялись в виде общественных пространств площадей, тогда как все обнаруженные упомянутыми исследователя ми линзообразные фигуры почти полностью застроены внутри.