Наследие барокко и классицизма

5

Достаточно достоверны, во всяком случае правдоподобный по облику, реализованный со всей необходимой детализацией (включая аляповато позолоченные короны на фронтонах, близкие по характеру к элементам золоченого декора в тогдашних западных городах), дом этот дает образ всего петровского времени. Здесь и тяготение к Европе (и, в частности, к Голландии) и одновременно русские традиции; читается программа модернизации государства и ограниченные на первых порах экономические ресурсы реализации этой программы. Дом пробуждает образы таких литературных произведений, как известный роман А. Толстого, заставляет вспоминать свидетельства исторических источников об этой переломной эпохе. Чрезвычайно важно, что дом в самом центре города, что через Неву, он перекликается с сооружениями, символизирующими следующий период — период расцвета города и утверждения насажденной Петром государственной системы.

Многочисленны и другие примеры, когда памятники этого времени пробуждают воспоминания о конкретных и широко известных лицах и событиях. Особую и немаловажную разновидность составляют объекты, связанные не с реальными, а с литературными персонажами произведений классической литературы. Таковы, например, дома Ростовых и Болконских в Москве, помогают нам оживить в воображении мир героев замечательного романа Л. Толстого.

В застройке конца XX –начала XX вв. конкретно-исторические ассоциации преобладают над более общими историческими впечатлениями. Меньше почтения вызывает возраст сооружений, в какой-то мере чувствуется коммерческий дух построек, существовавшее социальное расслоение жильцов. Для нас оно сейчас, правда, затушевано последующей историей зданий, давно уже переустроенных, так что все квартиры, все зоны здания совершенно одинаково служат нашим современникам. Сознание чуждости для нас запечатленной в архитектуре социальной ситуации (насколько это еще читается) диалектически соединяется с ощущением определенной преемственности.