Великая русская архитектура

15

Стратегическую цель развития нового жилища четко сформулировала комиссия, рассматривавшая в 1929 г. вопрос о создании опытнопоказательного дома-коммуны — в состав ее входили главные авторитеты ОСА — А.А. Веснин и М.Я. Гинзбург, возглавлял ее Н.А. Милютин (1889—1942), нарком финансов и теоретик градостроительства: «При проектировании жилых корпусов для взрослых исходить из того, что строится жилище не для семьи, а для отдельных лиц, идеологически близких между собой». Реализуемая архитектурная утопия включала, таким образом, положения, принципиальные для содержания и целей социальной утопии, закрепляя в целеполагании жилищного строительства направление на ускоренное отмирание семьи как ячейки общества. Человек рассматривался при этом как комплекс запрограммированных функций, направляемый и объединяемый коммунистической идеологией.

Время, связанное с началом интенсивной индустриализации, стержневого положения идеи построения социализма в «отдельно взятой стране», накладывало отпечаток на архитектурную мысль и терминологию. Появилась идея «жилого комбината», массовой, комплексной формы внедрения коммунального быта, способной радикально и быстро изменить образ жизни и психологию рабочего класса в соответствии с идеями «Великой утопии». Такие «комбинаты», как жилье последовательно социалистического типа с центрами обобществленного быта, проектировались братьями Весниными для Сталинграда и Новокузнецка (1929—1930). В последнем случае жилкомбинаты должны были формировать всю жилую застройку города на 35 тыс. человек. Каждый из комбинатов проектировался как симметричная группа из четырех параллельно поставленных четырехэтажных домов, связанная теплыми переходами с общественным сектором (столовая, зал собраний, клубные помещения), стоящим на оси. И. Голосов предлагал для Сталинграда (1930) жилкомбинат как комплекс из трех параллельных зданий-пластин, соединенных переходами. Среднее было жилым корпусом, по сторонам его — общественный центр и детский сектор. В 1929—1930 гг. группа студентов МВТУ под руководством A. Г. Мордвинова (1896—1964) проектировала жилкомбинаты для Соцгорода автозавода в Нижнем Новгороде. Каждый из них состоял из ряда корпусов, связанных между собой, с культурным центром и детскими учреждениями переходами, поднятыми на столбы.

Структурообразующее значение имели «максимально оборудованные обобществленные помещения» для коллективных занятий и отдыха. Индивидуальные спальные кабины, «комнаты индивидуального пользования для отдыха и научной работы» отнесены ко второстепенным элементам комплекса. Шестиметровые спальные кабины на одного, которые могли объединяться попарно, имели встроенный шкаф, полки и стол, откидную кровать, душ, отделенный занавеской; туалет с умывальником обслуживал две ячейки. Корпуса для взрослых, дошкольников и школьников складывались в кристаллически четкую крестообразную структуру, делившую участок коммуны на четыре неравных части с разными функциями. Наибольшая его часть отводилась для спортивного сектора. Четыре нижних этажа большой пластины — корпуса взрослых — занимали общественные помещения, шесть верхних — спальные кабины. Четкий рационализм проекта воплощен в контрастной динамичной форме, здание напоминает на аксонометрическом чертеже проуны Л.М. Лисицкого.

Дома-коммуны образовали как бы передовой отряд в наступлении «первой утопии» советской архитектуры на действительность. Несмотря на то что они были частью системы виртуальной реальности построения социализма, их рассудочно сконструированные идеальные схемы трудно вписывались в сложную, противоречивую жизненную ткань и деформировались под ее воздействием.