Типология среднеазиатских мавзолеев XI—XV вв

23
мавзолей Джелаладдина Руми
мавзолей Джелаладдина Руми

В архитектурном наследии Средней Азии мавзолеи составляют одну из самых многочисленных по количеству памятников типологических групп. Преобладают усыпальницы квадратные в плане, перекрытые куполом, как правило, с одним входом и превращенным в портал главным фасадом.

Наряду с ними в разных районах Средней Азии расположено сравнительно небольшое число одиночных мавзолеев или групп их иного характера — восьмигранных или цилиндрических с купольным перекрытием, а также квадратных в плане, завершенных шатром на высоком барабане.

И те, и другие своим внешним обликом, (в одном случае конфигурацией плана, в другом — шатровым верхом), отличаются от основной группы мавзолеев. В то же время специфические черты сближают эти усыпальницы с другим архитектурным типом, так называемыми башенными мавзолеями, которые в чистом виде в Средней Азии пока не зафиксированы.

Как архитектурный тип квадратные в плане купольные мавзолеи неоднократно исследовались и практически не нуждаются в рассмотрении.

Отметим лишь, что эта структурная схема, воплощенная в разных регионах в традиционных для них материале и формах, широко распространена по всему Востоку на протяжении не только средневековья, но вплоть до наших дней. В литературе этот тип мавзолеев условно называют «кубическими».

Поставим цель рассмотреть типологию и выявить архитектурные особенности среднеазиатских шатровых с квадратным планом, многогранных и цилиндрических мавзолеев и место этих видов памятников в истории архитектуры Среднего и Ближнего Востока.

В публикациях такие усыпальницы рассматривались в типологическом плане только в сопоставлении с башенными мавзолеями.

При исследовании шатровых мавзолеев внимание акцентировалось на их перекрытии, идентичном завершениям башенных мавзолеев, а не на архитектурном их облике в целом, т. е. этот тип мавзолеев — четверик с шатром на барабане — не рассматривался как самостоятельный, а лишь как некий вариант башенных, о чем говорит и применявшийся к ним термин «шатрово-башенные мавзолеи». К этой же типологической группе относились и некоторые из восьмигранных и цилиндрических усыпальниц Туркмении.

Заключение о типологической принадлежности здания на основании архитектурной характеристики лишь какой-либо одной из его частей, на наш взгляд, неправомочно; такое определение должно опираться на архитектурный строй здания в целом, на всю композиционно-конструктивную систему.

Исходя из этого попробуем рассмотреть интересующие нас виды усыпальниц как сложившиеся архитектурные типы и выяснить, были ли среднеазиатские мавзолеи уникальным явлением в архитектуре региона Среднего и Ближнего Востока, а также характер их взаимосвязи с башенными мавзолеями.

Опубликованный фактический материал по средневековому зодчеству стран Среднего и Ближнего Востока дал возможность установить несколько архитектурных типов усыпальниц, которые сосуществовали в границах этой большой территории, установить места концентрации и ареалы распространения их, а также наметить их локальные архитектурные характеристики.

При установлении типа за основу брались структурная схема, архитектурные объемы, определяющие общую композицию и силуэт, характер и особенности внешних форм и интерьера, что отражено в типологической таблице.

Составленная карта-схема выявляет местоположение всех сохранившихся усыпальниц с указанием их типа.

Так как интересующие нас виды среднеазиатских мавзолеев трактовались как варианты башенных, обратимся в первую очередь к характеристике этих сооружений.

В литературе нет точного определения башенных мавзолеев, и каждый исследователь предлагает свое, но все сходятся на том, что этот тип мавзолеев характеризуется многогранным или цилиндрическим объемом с шатровым или конусным покрытием и «подчеркнутостью композиционно господствующих вертикальных членений».

Помимо этого к признакам башенности мавзолеев Востока, на наш взгляд, следует отнести отсутствие резких горизонтальных членений и ступенчатости в силуэте здания, несмотря на сочетание иногда нескольких разных геометрических объемов — цилиндра или многогранника, шатра или конуса.

И как результат такого конструктивно-композиционного решения соответствие архитектуры интерьера внешнему облику, рациональное раскрытие объемов в интерьере: цокольного подиума — в склепе, основного объема — на полную высоту за счет совпадения основания внутреннего купола и шатра.

Таким образом, все объемы, слагающие здание, совмещают конструктивное и декоративное назначение. Однако в этой общей группе башенных мавзолеев имеются разновидности.

Среди башенных мавзолеев нет единства ни в формах, ни в материале. В соответствии с локальными строительными традициями здания возводились из обожженного кирпича или из камня; причем материал и архитектурная форма, как правило, взаимозависимы.

Так, например, мавзолеи с усложненной ребристой поверхностью сложены только из кирпича. Многогранные и цилиндрические усыпальницы выполнялись и из кирпича, и из камня. Сочетание каменных кладок (для цоколей) и кирпичных встречается больше в Азербайджане и Турции.

Архитектура мавзолеев всегда независимо от типологической структуры зданий в формах, членениях, деталях, декоре отражает специфику зодчества культурных регионов, в которых они находятся.

Обширная и разнохарактерная группа башенных мавзолеев расположена в основном в виде неширокой полосы в северо-западном направлении от Радкана и Кашмира на- востоке, по южному побережью Каспийского моря, вокруг озер Урмия и Ван и дальше, в Малой Азии до Бурсы на западе.

Цилиндрические мавзолеи с конусным покрытием сконцентрированы в основном в иранском и советском Азербайджане (XII— XV вв.), в Барде, в Дамгане (XI—XII вв.) и Эрзуруме (XII в.).

Как усложненный вариант цилиндрических усыпальниц можно рассматривать мавзолеи с обработкой основного объема острыми сильно выступающими ребрами. Они относятся к XI—XII вв. и находятся в достаточно ограниченной области Хорасана — в Рее, Бестаме, Дамавенде, Варамине; мавзолей Гунбади-Кабус — самый ранний во всей типологической группе (1006/7 гг.).

Мавзолеи с гофрированной поверхностью, которые отождествлялись с ребристыми, датируются не раньше XIII в. и зафиксированы как единичные, не связанные с определенной территорией: в Иране (в Радкане), Турции (мавзолей Джелаладдина Руми в Конье и Мама-Хатун в Терчане), Азербайджане (Карабагляр), в мавзолее Кцшмара гофры чередуются с ребрами.

Самая многочисленная группа башенных мавзолеев — многогранных в плане (преимущественно восьмигранных), не сосредоточена в какой-либо ограниченной области, а растянулась по всей территории распространения башенных мавзолеев от иранского Ахангана на востоке до турецкой Коньи на западе. Но все же можно наметить места их большей концентрации.

В южных районах Азербайджана они известны с XII по XV в., в центральной части Ирана сохранились мавзолеи X—XI вв. в За-миране, в Карракане, Шейха Шабли в Дам-гане и более поздние XIII—XV вв. — в Варамине, Натанзе, Астарабаде, Ахангане, Баболсаре.

Большая группа только многогранных башенных мавзолеев XII—XIII вв. сосредоточена в центре Турции (в Конье, Дивриги, Карамане, Кайсери, Киршехире, Нигде). Эта мавзолеи преимущественно восьмигранные, на невысоком (в 2—3 ряда каменных блоков) цоколе, с одним входом; они сложены в основном из камня, исключение составляют лишь кирпичные усыпальницы Амасьи и Сиваса, и архитектура их отражает характерные особенности зодчества Турции.

Обособленную группу как по местонахождению, так и по художественному облику представляют каменные мавзолеи вокруг оз. Ван, так называемые ахлатские (шесть из них XIII в., два XIV и XV вв.).

Отличительная особенность их композиции — наличие очень высокого характерного постамента-цоколя канонизированной архитектурной формы: квадратный внизу и 12-гранный сверху, он имеет форму куба со срезанными в виде двух треугольных плоскостей угловыми частями.

Внутри цоколя находится склеп, а выше — цилиндрический или 12-гранный, соответственно верху постамента, объем.

Художественные формы этих мавзолеев тесно связаны с зодчеством Армении. Независимо от плана верхний объем обработан аркатурой, нишами, сталактитами; обязательные четыре входных проема подчеркивают центричность этих зданий.

По типу ахлатских построены мавзолеи XIII в. Дёнер в Кайсери и Гюлистан в с. Джуга в Азербайджане.

Как правило, в башенных мавзолеях композиции внешнего объема и интерьера совпадают. Однако есть единичные случаи, когда в мавзолеях при башенности внешнего облика интерьер квадратный в плане с нишами в стенах или без них.

На наш взгляд это примеры компромиссного соединения двух разных по замыслу и конструктивному принципу структур, что можно рассматривать как поиск интересных, индивидуальных решений внутреннего пространства.

Квадратный в плане интерьер вписан в мавзолеях XII в. Се-Гунбад на оз. Урмия в цилиндрический объем, Хавайя Атабека в Кермане — в восьмигранный, а в 12-гранном мавзолее Хачин-Дорбатлы XIV в. в Азербайджане план интерьера приобрел вид креста за счет широких и глубоких ниш.

Пример такого же необычного сочетания кубического внутреннего пространства с восьмигранной оболочкой дает первый из мусульманских мавзолеев — Куббат ас-Сулайбия (IX в.) в Самарре.

Ни один из перечисленных типов башенных мавзолеев на территории Средней Азии пока неизвестен.

Мавзолеи с шатровым покрытием, строительство которых определяется XII—XIV вв., сохранились в северных районах — Хорезме, в некоторых частях современных Киргизии и Казахстана, два — в Шахрисябзе и Бухаре.

Структура их одинакова — четверик, на который поставлен барабан с шатром; создается характерный внешний облик и ступенчатый силуэт здания с четким разделением составляющих его объемов.

Мавзолеи Фахраддина Рази (XII в.) в Куня-Ургенче, Джехангира (XIV в.) в Шахрисябзе, Байтака и Кесене в Казахстане с многогранными барабанами, Чашма-Аюб (XIV в.) с цилиндрическим барабаном и конусным завершением; мавзолеи Бабаджихатун и Айшабиби (XI — XII вв.) вблизи Джамбула, Текеша в Куня-Ургенче, Аяк-Хамыра, Алаша-хана, Джочихана (все XII—XIII вв.) в центральном Казахстане, Хасан-и-Саурани и Наринджан-баба в Хорезме, Гумбаз Манаса в Киргизии (все XIV в.) имеют ребристые в плане барабаны, а иногда и шатры, входы в такие мавзолеи оформлены порталами.

Форма барабанов названных мавзолеев перекликается с архитектурой ребристых башенных мавзолеев южно-хорасанской группы. Речь идет не о примитивном копировании, а об использовании одной идеи, которая находила конкретное воплощение в каждом из зданий.

Как ни один из башенных мавзолеев не повторяет другой, так и среднеазиатские усыпальницы несут индивидуальные черты, например, своеобразные членения барабана Текеша. В усыпальницах XIII—XIV вв. на территории Киргизии и Казахстана намечается некоторая локальная канонизация основных форм, прототипом которых можно считать мавзолей Бабаджихатун.

В них повторяется форма изящного ребристого шатра этого мавзолея, пока уникальная для XI— XII вв. Подобное перекрытие за пределами Средней Азии зафиксировано еще только в двух мавзолеях XIII в. — башенном около мечети Бурмали в Амасье и Аунан-Дина в Мосуле.

В организации внутреннего пространства квадратных в плане шатровых мавзолеев внешние объемы барабана и шатра структурно не выявлены. Композиция и архитектура их интерьеров и купольных кубических усыпальниц идентичны и традиционны для региона: переход от квадрата стен к окружности внутреннего сфероконического купола создают ярусы тромпов и многогранников, в которых не нуждаются башенные мавзолеи.

Внутренний купол не всегда достигает верха барабана. Фактически внешнее шатровое покрытие выполняет в основном декоративные, художественные функции.

Можно ли рассматривать эту группу среднеазиатских мавзолеев как локальный вариант шатрово-башенных сооружений или же эта структура — четверик, барабан, шатер — не была чужда и другим сопредельным странам Востока?

Даже в областях, где преимущественное положение занимают башенные мавзолеи, встречаются такого рода постройки. Так, в иранском Азербайджане структура одного из ранних мавзолеев — Гунбаде-Сурх (1148 г.) в Мараге перекликается со структурой мавзолея Фахреддина. Его композиция в XIV в. была воспроизведена в мавзолее Гунбаде-Гаффарийе.

К этой же группе относится мавзолей Шейх-Хорасан (XII в.) в с. Ханега. Массивностью гладкого многогранного барабана и наличием портала этот мавзолей напоминает мавзолей Текеша, однако не повторяет его уникальных архитектурных членений и форм.

Не ставя задачей приведения полного перечня зданий с подобной структурой, упомянем лишь некоторые мавзолеи, обнаруженные в разных странах: в Иране — Хамд аллах Мустафи в Казвине, Баба Касым и Баба Рохалдин в Исфагане (всеXIVв.); в Ираке — Машхад Аунаддина, Имам ибн-ал-Касыма и Имама Иахиа (все XIII в.) в Мосуле; в Турции — Махперихатун (XIII в.) в Кайсери.

В Сирии и Ираке эта же тема воплощена в мавзолеях XI—XII вв. с характерными для местного зодчества коническими ячеистыми завершениями — усыпальницы Имам Дур в Самарре, Нураддина в Дамаске.

Ареал распространения кубических с шатровым завершением мавзолеев достаточно обширен и совпадает с историческими областями интенсивного строительства башенных; оба вида усыпальниц здесь сосуществуют одновременно.

Естественно, что в каждой стране одна и та же композиционная идея облекается в специфические архитектурные формы. Примером любопытной интерпретации может служить мавзолей Хасан-бея в Сивасе (1347 г.), в котором переход от кубического основания к цилиндрическому барабану снаружи создан широким поясом характерных турецких треугольных парусов-плоскостей.

В Средней Азии к локальным особенностям следует отнести в первую очередь превращение главного фасада в возвышающийся портал и ребристость барабанов наружного декоративного шатра.

В качестве близких башенным мавзолеям Хорасана рассматривалась группа среднеазиатских усыпальниц XI—XII вв. на кладбище Машад в Дахистане. Круглые или восьмигранные в плане мавзолеи перекрыты куполами на очень низких барабанах меньшего диаметра, чем основной объем; вход предворяет купольный вестибюль.

Стены восьмигранников оформлены на всю высоту неглубокими стрельчатыми нишами; два цилиндрических мавзолея снаружи как бы укреплены шестью полуколоннами, завершенными куполками (типа гульдаста), а третий — девятью ребрами.

К этому же типу относятся и мавзолеи около башни Бурана в Киргизии, от которых сохранились лишь нижние части стен. Один из них — восьмигранный в плане, беспортальный.

Но особый интерес представляют два других, с круглым планом интерьера. Единственный вход у каждого оформлен мощным приложенным к цилиндру порталом, отчего внешний абрис плана приобрел подковообразный вид. Порталы и стены сложены «в перевязку» и, следовательно, одновременно.

Интересен и пока уникален прием асимметричного оформления порталов единственной трехчетвертной колонной-гульдаста, примыкавшей лишь к одному углу. Основание гульдаста сохранилось на месте, а большая часть кладки, сохраняя форму, лежала вблизи.

Интерьер был перекрыт куполом, остатки которого обнаружены внутри здания. Цилиндрические портальные мавзолеи стоят рядом на одной линии. Фигурная кирпичная кладка и обрушившийся декор порталов с включением резной неполивной терракоты дает право датировать сооружения XI— XII вв.

Итак, тип цилиндрических и восьмигранных мавзолеев XI—XII вв. зафиксирован в трех значительно удаленных друг от друга районах Средней Азии. Все здания при индивидуальных чертах имеют определенную общность структуры, что свидетельствует не о случайности, а об устойчивости композиции.

Аналогии подобным мавзолеям находятся и в архитектурном наследии других стран Востока. В виде восьмигранной призмы построена первая мусульманская гробница ал-Мунтасира (IX в.) в Самарре.

Эта же тема многогранного купольного мавзолея сохраняется, пожалуй, повсюду: в Иране — в одновременном среднеазиатским мавзолеям Гунбади-Али (XI в.) в Абаркухе, Гияс ад-дина (XI — XII вв.), Имамзада Джафара (нач. XIV в.) в Исфагане, в с. Бабы (XIV в.) в Азербайджане, Иешиль-тюрбе (1421 г.) в Бурсе.

За пределами Средней Азии небашенных мавзолеев с круглым планом не встречено, жающимися кверху массивными колоннами с куполками повторена в более позднем и достаточно территориально удаленном восьмигранном мавзолее Шах Рухн-и Алам (1320—. 1324 гг.) в Мултане в Пакистане, где она сочетается с характерными местными архитектурными формами и деталями. Но тема возвышающихся над стенами башенок-гульдаста здесь, очевидно, все-таки связана с влиянием хорасанского региона.

Помимо рассмотренных многогранных и цилиндрических мавзолеев с простым планом и плоскостной обработкой стен на территории средневосточного региона существует иной тип многогранных в плане усыпальниц.

Им свойственны массивность, некоторая утяжеленность основного объема за счет толщины стен, позволяющий членить их снаружи и в интерьере глубокими нишами. Это отражается в специфическом рисунке плана. Диаметр барабана и купола, соответствуя размерам интерьера, много меньше внешнего абриса плана, что создает характерную ступенчатость в силуэте зданий.

Самым ранним примером этого типа усыпальниц в Средней Азии, на наш взгляд, можно считать мавзолей Шарбурганата (вторая половина XI в.) в Бухарской области, первоначально представлявшего восьмигранную ротонду с развитым порталом, и причислявшегося ранее к типу простых многогранных мавзолеев.

Глубокие ниши с проемами в толстых стенах, специфика плана, силуэт, весь архитектурный строй этого мавзолея дают основание отнести его к усложненному типу многогранных мавзолеев.

Ярким примером воплощения этой усложненной композиции служит мавзолей Тюра-бек-ханым в Куня-Ургенче, в котором сплелись воедино монументальность и изящество форм и об уникальных художественных достоинствах которого писалось уже не раз.

Хотелось бы лишь остановить внимание на некоторых характерных чертах.
Глубокие и высокие ниши в интерьере и на фасадах, прорезанные в них высокие, двух-световые проемы, начинающиеся от цоколя, придают мавзолею вид ротонды, что особенно ощутимо в интерьере.

Подобная трактовка стен уже встречалась в мавзолее Шабурганата. В сильно выступающей входной части с очень высоким порталом находится вестибюль, который заставляет вспомнить входы дахистанских мавзолеев, а также развитый портал мавзолея Шабурганата.

Близость композиционных идей, достаточно явно проступающих при сравнении планов этого бухарского мавзолея и мавзолея Тюрабек-ханым, можно, вероятно, расценивать как выражение локальных традиций.

Аналогии структуре мавзолея Тюрабек-ханым встречаются в зодчестве XII—XV вв. многих сопредельных областей. Достаточно назвать мавзолеи в с. Дер (XV в.) в Азербайджане, Джебели-Санг (XII в.) в Кермане, Газан-хана в Табризе, мавзолея в Зиа-рете, с обработкой фасадов глубокими нишами и четырьмя проемами на осях, Челеби-Оглу в Султании, Имамзада Худ в Дарьязине (все XIV в.), Зитта Зубайда (XIII в.) в Багдаде с низким, как бы приставленным к зданию входным вестибюлем. В Турции такая усложненная структура не обнаружена.

К этой же типологической группе, на наш взгляд, относятся мавзолеи XIV в. в г. Куме:
Гунбади-Сабз, Имамзада Ибрагим, Али ибн-Абил-Ма ами ибн Али Шафи, Хвайа Имад-аддин, которые за их шатровое завершение часто называют башенными.

В их композиции, в сочетании массивного нижнего многогранного объема с невысоким барабаном и шатром, видна принципиально та же схема, что и у всех перечисленных мавзолеев круга Тюрабек-ханым с усложненным силуэтом.

Безусловно, шатровое их покрытие, как и характерная обработка снаружи барабана стрельчатыми нишами, относятся к приемам, идущим от местной традиции. Весьма близки их облику мавзолеи XIV. в. Имамзада Баба-Касым в Исфагане и Имамзада Азхар в Дарьязине.

Как возвращение к традиционной структурной схеме нужно расценивать мавзолей «Восьмигранник» XV в. в ансамбле Шахи-Зинда в Самарканде, композиция которого, безусловно, восходит не к башенным мавзолеям, а к типу многогранных купольных мавзолеев.

Самым близким его прототипом можно считать ранние мавзолеи Шабурган-ата, шаха Фируза в Сирьяне и Гияс ад-дин, представляющие собой тоже купольные восьмигранные ротонды. Поэтому реконструкция мавзолея «Восьмигранник» должна исходить из схемы: на нижний восьмигранный объем был поставлен цилиндрический барабан с внешним куполом.

Принципиально тождественное архитектурное решение внешнего облика присуще другим усыпальницам начала XV в.— Рабия-бегим в Туркестане, Биби-ханым и Гури-Эмир в Самарканде. Эти же сооружения дают представление о трансформации архитектурных форм и силуэта к XV в. Очевидно, подобная композиция была и у мавзолея «Восьмигранник».

Рассмотрев среднеазиатские мавзолеи XI—XV вв. в структуру которых входят некоторые формы (шатровое покрытие или многогранный и цилиндрический основной объем), присущие башенным мавзолеям, и аналогичные им усыпальницы Азербайджана и других исторических областей Среднего Востока можно заключить следующее.

Принципиальные схемы мавзолеев были достаточно устойчивы и прослеживаются на протяжении многих веков, обретая всякий раз облик, свойственный своему времени.
На территории большого региона стран Ближнего и Среднего Востока, на основе их тесного торгового и культурного контакта и взаимосвязи, одновременно бытовали несколько структурных типологических схем мавзолеев, которые в разных областях воплощались в специфические традиционные локальные архитектурные формы.

Кубические мавзолеи с шатровыми перекрытиями на барабане, равно как и варианты многогранных купольных мавзолеев, существовали как самостоятельные типы, распространенные во многих странах Востока, наряду с башенными, и поэтому не могут считаться локальной вариацией башенных мавзолеев..

В каждой стране они получили свои художественные особенности, которые характерны для всех типов сооружений этого культурного региона.

Определенное характерное территориальное распределение некоторых видов мавзолеев связано с локальными художественными традициями. В Азербайджане представлены все рассмотренные архитектурные типы мавзолеев с безусловным преобладанием цилиндрических и восьмигранных башенных.

В северных районах Средней Азии преимущественное распространение получили кубические мавзолеи с шатровым завершением.