Функциональная организация

417

В функциональной организации поселения заметна тенденция образования перпендикулярной реке цепи общественных зон, пересекающих город с переходом па другой берег. Соответственно и система культовых зданий строилась поперек речной долины. Своеобразные пропилеи, окаймляющие акваторию реки и обширной запруды, образовались приходскими церквами, определившими культовые центры нагорной части поселения и заречной слободы. Кроме отсутствия замка и малой территории, полусельский характер Чаус подчеркивался положением кармелитского монастыря, выходившего одновременно на главную площадь и окраину поселения.

Общественный центр Чаус демонстрирует процесс того, как в незначительных по территории и населению городах и местечках XVII XVIII вв. происходила концентрация в компактном градостроительном образовании торговой, культовой, административной, жилой функций и функции транспортного перекрестка, которые обеспечивали жизненный уклад городского сообщества и тяготеющего сельского населения, определяли осуществление социальных контактов. Особенности исторического развития Речи Посполитой, в том числе ВКЛ, обусловили разнообразный конфессиональный и национальный состав этого сообщества. Типичный для белорусского города набор функций, по сравнению, например, с русским градостроительством, имел выраженную специфику, заключавшуюся в совместном существовании в едином архитектурном комплексе храмов православной, католической, униатской и иудаистской конфессий. Констатируя веротерпимость, толерантность городской общины при наличии религиозных и социальных конфликтов, проявлявшихся в определенные исторические периоды, подчеркнем сложение визуально-пространственной общности, а часто ансамблевости традиционных приемов формообразования, свойственных тем или иным конфессиям, в чем заключался существенный аспект регионального градостроительного своеобразия.

Приведение элементов центра к идеализированной схеме показывает, что общественные зоны в районе площади, равно как и места доминант, образовывали крестоподобную структуру со зданием магистрата в точке пересечения ветвей креста. Одна из умозрительных осей, формировавших крест, определилась кармелитским

костелом, ратушей и церковью в восточной части центра. Вторая ось соединяла другую церковь и синагогу на противоположных сторонах торга, а также здание магистрата. Как рассмотрено выше, аналогичная крестовидная форма наблюдалась в Ошмянах, что, возможно, указывает на семантику структур городов-магдебургий, воплощавших модель общественных отношений, равноподчиненность в рамках ограниченного городского права, социальных групп центрично помещенной ратуше.

Еще важнее могла быть освященность поселения крестом, который при каждодневной ориентации в городской среде и постоянном осуществлении функциональных процессов осознавался жителями. Вероятно, каноническая модель обусловилась и целесообразностью размещения административного центра городской жизни на пересечении связей структуры, примерно в равном удалении от основных функциональных узлов. Традиционно на одном или двух концах креста возвышалось по одной церкви, также на одном или двух концах по одному-двум католическим или униатским храмам и только на одной ветви синагога. Эти культовые здания вместе со связанными с ними по назначению общественными и вспомогательными постройками определяли собой конфессиональные культурные центры определенных слоев населения и входи ли в общегородской центр.

Кроме создания регулярных городов на новых местах или реконструкции старых поселений с организацией прямоугольной уличной сети на всей их территории было распространено частичное преобразование существовавшей структуры. Готический характер планировки придавался главной площади с отрезками прилегающих улиц. Остальная часть города сохраняла свободно сложившуюся схему плана, демонстрируя достаточно крупные фрагменты тех или иных типов нерегулярных планировочных систем. Дополнительно к основному торгу с примыкающими улицами иногда реконструировались другие элементы плана, например близлежащая синагогальная площадь или главная магистраль. Такая «готизирующая» структура поселения в целом оставалась нерегулярной и не может причисляться к полностью геометризованным композициям. Результаты частичного изменения древней сети улиц иллюстрируют Чериков и Новый Мядель.

Предположительной датой планировочного урегулирования Черикова следует считать 1634 г. В этот год в архивных документах упоминаются освоение местности под слободу, нарезка 250 участков для застройки и резервирование земель с целью последующего развития поселения. Указано существование уличных и рыночных земельных наделов, торговых лавок, корчем и шинков. До реконструкции город, вероятно, имел ребристую схему, о чем говорят его специфичная удлиненная конфигурация, сохранность сильно выраженной оси, пересекающей всю его территорию, множество поперечных направлений. Новыми, регулярными компонентами стали прямолинейная протяженная магистраль, которая, возможно, упорядочила очертания старой главной трассы, а также почти квадратный рынок, несколько улиц вблизи него и малая прямоугольная площадь у синагоги. Состояние города во второй половине XVII —XVIII в. отражено документами 1778 г., на которых совмещены проектное классицистическое решение и опорная ситуация. Прорисовка последней позволяет достаточно подробно представить существовавшую планировку.