Благая весть

6

На обратном пути в Нью-Йорк, где-то посреди океана, на загрустившего Рокси снисходит озарение. Глядя на закатное солнце, он получает «благую весть» о театре: это должно быть воссоздание заката. (Журнал Fortune относит архитектурное озарение к более поздней дате, примерно за неделю до открытия театра. В таком случае это было откровение задним числом — запоздалое, но от того не менее ценное29.) Дома в Нью-Йорке архитекторам и декораторам остается только придать конкретную форму плоду его фантазии.


С самого начала Рокси настаивает на буквальности своей метафоры. В рамках прямоугольных плана и разреза здания театра тема заката раскрывается через серию гипсовых арок. По мере приближения к сцене они уменьшаются, образуя полусферу, смутно напоминающую утробу: единственный выход из нее — через сцену.

Выход этот «закрыт красивейшим венецианским занавесом»30 из специально разработанной синтетической ткани, высокая отражательная способность которой делает его пригодным для замещения солнца. Расходящиеся от занавеса по аркам декоративные «лучи» доходят до самых дальних уголков зала. Арки позолочены, чтобы лучше отражать багровый свет закатного солнца и сияние красного бархата, которым по настоянию Рокси обиты кресла.

Реализация грез Рокси привела к тому, что, хотя эффект заката с успехом достигается в зале во время затемнения, возвращение света в антракте и по окончании спектакля скорее напоминает восход.

Другими словами, в музыкальном театре «Радио-сити» суточный цикл смены дня и ночи повторяется несколько раз в течение одного представления. Продолжительность дня и ночи резко сокращается, время течет быстрее, ощущения усиливаются, жизнь — потенциально — удваивается, утраивается…

У Рокси свое понимание технологии фантастического, которое провоцирует дальнейшее усиление метафоры. Подвергая сомнению общепринятое использование системы кондиционирования (вентиляция и охлаждение), он боится, что она только умерит жар его заката.

С той же маниакальной логикой, характерной для его более ранних озарений, Рокси предлагает добавлять в воздух театра галлюциногенный газ: синтетическое возбуждение должно усилить эффект искусственного захода солнца. Небольшая доза веселящего газа может погрузить 6200 зрителей в состояние эйфории, сделав их невероятно восприимчивыми к происходящему на сцене.

Юристы отговаривают его, однако некоторое время Рокси действительно впрыскивает озон — лечебные молекулы Оз с их «острым свежим запахом» и «бодрящим действием» — в вентиляционную систему театра.

Сочетая суперразвлечение с супероздоровлением, Рокси отливает окончательную формулу городского курорта в девиз: «Одно посещение музыкального театра „Радио-сити“ приносит ту же пользу, что целый месяц в деревней.